САМОЕ ЧИТАЕМОЕ: `

Злокачественное образование

04.09.2013 < RSS 2.0. Y

В первую неделю учебного года «ЖЛОБ» продолжает тему обучения. Николай Серегин, доцент одного из государственных провинциальных вузов, рассказывает, почему в нынешних условиях говорить о качестве российского высшего образования – пустая затея.

 

Высшее образование в России сейчас – неконтролируемый процесс. Государство, то есть Министерство образования и науки только делает вид, что регулирует работу вузов.

 

Охота на контрактников

Все началось в начале 1990-х, когда государство фактически бросило вузы на произвол судьбы. Финансирование стало нищенским, зато дали возможность набирать студентов-контрактников, которые платили за обучение сами. И с тех пор контрактный набор стал жизненно важным для выживания любого вуза.

К чему это привело? Для университетов стало важно набрать как можно больше студентов-контрактников. Потому что без них зубы на полку положишь. И главной целью стал коммерческий показатель, а не качество образования. Тут еще частные вузы появились. И  началась охота на абитуриента: главное – заманить, а что с ним делать потом, как и чему учить – дело десятое. Вуз оказался в ловушке. С одной стороны, можно, конечно, плюнуть на всю эту коммерцию, брать только сильных абитуриентов, безжалостно отчислять двоечников. Но с другой, – кто и как тогда будет учить отличников?

В некоторых вузах теперь не отчисляют даже бюджетников – студентов, которые учатся бесплатно. Потому что если не будут закрыты бюджетные места – министерство их отберет. А это значит, нужно будет сокращать штат преподавателей.

А еще из этого следует другая дурная схема. Получается, что вуз зависит не от запросов рынка труда, не от нужд государства. А от кошельков абитуриентов, которые идут толпами на модные специальности типа юристов и экономистов. И все вузы эти специальности открывают, невзирая на то, есть ли возможность качественно по ним обучать. Порочный круг.

 

Контроль качества бюрократии

Несколько лет назад министерство обеспокоилось уровнем работы вузов. В государственных университетах спешно создали отделы контроля качества образования. Появился штат дармоедов, которые плодят бумажки с отчетами. И ладно бы делали это сами, они же преподавателей заставляют их писать. Из-за отчетов некогда к занятиям готовиться. Старшие коллеги говорят, что даже в советское время столько бумаг не было. И вот таким образом министерство делает вид, что контролирует качество работы вузов.

Одна из самых дурацких идей, которая повсеместно используется в нашей стране – оценивать работу учреждения с помощью его же отчетов. Это как в полиции. Если в отчете низкий уровень преступности и хорошая раскрываемость, значит, отделение передовое. Заставляет ли  это хорошо работать? Нет, потому что если хорошо работать, можно выявить слишком много преступлений. И не все раскрыть. Отчетность испортить.

Так и в образовании. Кое-где преподавателям запрещают ставить студентам двойки. «Это вы не их, вы себя оцениваете», – говорит начальство. Правильно, показатели испортятся, вуз признают «неэффективным».

Или вот есть такое изобретение министерства, называется тест остаточных знаний. Это когда второкурсника спрашивают, что он помнит из первого курса. Итоговые результаты по вузу идут потом в министерство. И вот скажите, кому в университете придет в голову отправлять плохие результаты, чтобы потом самим получить проблемы?

Даже если в вуз приезжает «ревизор», он все равно проверяет бумаги: все ли на месте, правильно ли заполнены. А лепить красивые отчеты у нас в стране научились уже при царском режиме. В СССР довели это мастерство до совершенства. Поэтому все это управление качеством в нынешнем виде – блеф и фикция.

 

Дело рук самих утопающих

Про помощь говорить вообще смешно. Недавно Путин пообещал преподавателям вузов высокие зарплаты. Пацан сказал – министерство сделало. С сентября оклады увеличили на 30%. Только денег выделили на 4%. Остальные должен найти сам вуз. Как – никого не волнует.

 

Бомба с часовым механизмом

Если хотите обсуждать качество серьезно, давайте поговорим об условиях работы преподавателей. В европейских вузах преподаватель в аудитории проводит 6–8 часов в неделю. То есть  3–4 пары. Лично у меня в этом семестре 20 часов в неделю. Это только аудиторная нагрузка, то есть лекции, семинары, лабораторные работы. А еще есть руководство практикой, курсовыми и дипломами.

Уже после этого разговор о качестве можно закрывать ввиду его бессмысленности. Но давайте разберемся, откуда у наших преподавателей такая нагрузка.

 

Чтоб ты жил на бюджетную ставку!

Есть нагрузка бюджетная – начисляется за бесплатных студентов. Она сама по себе сейчас везде непомерно высокая: 800–900 часов в год. Это тоже политика министерства; либо пашите, как рабы, либо сокращайте штаты.

Но жить на одну бюджетную ставку преподавателю невозможно. Например, мой труд с учетом степени кандидата наук и должности доцента государство оценивало в 13500 рублей в месяц. Что говорить о простых преподавателях?

Поэтому за работу с контрактными студентами преподаватели получают надбавки. Но в нагрузке эти занятия не учитываются – вроде как это мое личное желание. Хочешь – работай с контрактниками, не хочешь – живи на 13 с половиной тысяч.

 

Наперекор законам физики

Но и это не все. В своем желании минимизировать расходы на преподавателей власть зашла так далеко, что сумела изменить законы физики. Помните, говорили, что при сверхсветовой скорости время начинает течь по-другому? Так вот, наши чиновники смогли добиться такого эффекта в университетских аудиториях.

Представьте, я прихожу читать лекцию. Передо мной сто человек, из них 25 бюджетников, остальные – контрактники. Я честно работаю всю пару. Как вы думаете, сколько мне идет в нагрузку? Четверть пары.  Потому что бюджетников – четверть. То, что я реально проработал всю пару, никого не волнует: я же получаю надбавку за контрактников!

Это если бы водителю городского автобуса приказали  возить отдельно льготников, отдельно – обычных пассажиров, которые сами за себя платят. А то ишь, хитрый, за льготников-то его предприятие от государства деньги уже получило, а он норовит вместе с ними еще и коммерческих пассажиров провести.

 

И швец, и жнец

Стоит вспомнить, что в наших вузах, кроме обучения студентов, преподаватель обязан проводить научные исследования, писать учебники и методички. А теперь еще и зарабатывать деньги. Министерство с маниакальной настойчивостью требует от вузов, чтобы они включались в производство, что-то разрабатывали, патентовали… Соответственно, в вузах начинают это требовать от преподавателей. Как это все совмещать – чиновников не волнует. В результате в вузах начинают копировать методы власти. То есть тоже все имитировать: обучение, науку, практику.

 

Кому это надо

И вот на фоне всей этой картины возникает вопрос: кто на такие условия пойдёт работать? Пока остается старая школа, которой деваться некуда. Но она с каждым годом редеет. А кому нужен такой геморрой из молодых? Редким энтузиастам. А еще тем, кто больше нигде не нужен из-за низкой квалификации. Ну и тем, кто за счет своего положения пытается реализовать личные корыстные устремления. Это уже качество образования, которое формируется на местах.

Вот вам и схема: сверху – популизм  и имитация от власти, снизу – непригодные условия работы. А посредине – мы и студенты.

 



Вы должны войти, чтобы комментировать Войти