САМОЕ ЧИТАЕМОЕ: `

Одиозный рубль

25.12.2013 < RSS 2.0. Y

Деньги НавальногоВ руки нашего рабкора-фрезеровщика Ивана Краги попал неразменный рубль: человек месяц хотел его сбагрить, но не судьба. На банкноте надпись про что-то важное и страшное – простой люд шарахается от нее, как от проказы.

 

В Анне тишь да благодать – на столбах объявления о продаже цыплят-желторотиков. Бумага летняя, пожелтевшая. Еще можно заказать комбикорм «от мешка» и могильную оградку – этой рекламе срок годности не страшен. Слышен церковный колокол вдалеке. Улицы пустынны – будний день.

Движение – только на площади перед автовокзалом. Площадь – одна сплошная лужа. Асфальт положили весной, но он скрылся под водой в сентябре, да так и не вынырнул.

На площади – три старых двухэтажных автобуса, то ли корейских, то ли китайских. Пассажиров выпустили на минутку, и они мечутся по площади в поисках беляшей и туалета.

Серега Хохол берет четыре шпажки шашлыка и сдачу.

– Это тебе, позиционеры весточку из Москвы шлют, – и он сует мне в руку желтый стольник.

Я разворачиваю затёртую банкноту и вижу на ней синюю печать. Читаю надпись: «Единая Россия – Партия Воров И Жуликов».

Серега от рубля неожиданного аж поморщился – государственник он.

Сую взамен Сереге хрустящий, безупречный стольник – улыбаюсь. И забываю о банкноте-народнике.

Достаю ее из кармана через месяц – и все в той же Анне! Сдачи с тысячи нет. Сую стольник, наверное, все тому же шашлычнику – 60 рублей шпажечка горячего мяса.

– Взять не могу, – отвергает мой стольник здоровый дентина в белом, забрызганном жиром фартуке.

– Так у вас на сдачу и получил месяц назад, – недоумеваю.

– Вот именно. Ходют тут всякие!

Действительно, ходют.

К стольнику я отнесся несерьезно: попытался тут же сбагрить,  уже на заправке ВТК, где-то в области.

Его бы у меня взяли. Но черт меня дернул:

– Девушка, он  с печатью.

– Дайте другой, пожалуйста, – девушка прочитала.

«Ладно, брат, расстанемся мы с тобой в другом месте – на Дорожной улице в Воронеже, где магазины автозапчастей для грузовиков и тракторов. Вот уж где деньги не пахнут, а если и пахнут, то машинным маслом и солидолом».

Беру на Дорожной ремкомплект к зиловскому карбюратору – и стольник мой, оппозиционный подсовываю.

– Что здесь написано? – детина-продавец внимательно читает. По слогам – аж губы буквы рисуют.

Пухло выводят: «воров и жуликов».

– Не надо!

Эх, одиозный ты мой рупь…

Да и черт с ними, друг сердечный, я тебя в хорошие руки определю – в интеллигентные, либеральные. Иду в субботу на улицу Карла Маркса – на книжный развал. Здесь чего только нет – и Фрейд, и Суворов, «Ледокол» который, и Исаич бородатый, и Сартр, и Камю – и прочая антисоветчина.

Вове-книгопродавцу вручаю стольник – беру у него труд исторический профессоров Шахмагонова и Грекова для подростков. Потертого сую.

– Можно другую денежку, – робко улыбается замерзший Вова.

Эх, Вова, неделю назад ты и Мазепу, и Петра, и самого Карла бешеного в пух и прах и по матери – а теперь, Вова?

Посмотрел я на стольник – и на душе полегчало, посветлело. И, вправду, зачем я его отдаю! Вот он – русский неразменный рубль. Ну у кого он такой еще есть?

Так он у меня в рабочей телогреечке за обшлагом и греется. В Эртиле перед сном, был грех, на чекушку хотел сменять, но потом посмотрел на пойло, на стольник, на пойло… – и рука не поднялась. Я простой рабочий, а тут у меня в руках бумажка, которую все боятся. И не ментовская или прокурорская красная ксива. А так – рубль затрапезный. Такой же работяга, как и я.

Читать также:

Культ Мамоныча (о современных верованиях)

«Troika» от Ричи Блэкмора и его русской Кэндис

Смех рабочего человека

 



Вы должны войти, чтобы комментировать Войти